Основатель

  Среди представителей российской финансовой олигархии начала ХХ века Николай Александрович Второв - одна из наиболее значительных фигур, яркий представитель деловой элиты Москвы. Многомиллионное состояние он унаследовал от отца - Александра Федоровича, но «сыном миллионера» стал уже в зрелом возрасте.
  Родился Н.А. Второв в 1866 году в Костроме. Работать начал рано: сначала мальчиком в магазине, потом приказчиком. Второв-старший открыл в Иркутске оптовую мануфактурную торговлю и постепенно расширял дело. Открыл отделения в Томске, Верхнеудинске, Сретенске, Чите, Троицкосавске. В 1900-м учредил паевое товарищество с основным капиталом в три миллиона рублей и состоял его директором-распорядителем.
  В Сибири начинал свою предпринимательскую деятельность и Второв-младший. Владел оптовыми и розничными складами, магазинами, продавая товар из Центральной России. Ему принадлежали ведущая в Сибири торговая фирма, пассажи во всех крупных городах Урала и Дальнего Востока. С открытием железнодорожного сообщения дело встало на более прочную основу. Появилась возможность организовать бесперебойную покупку и доставку товара в сравнительно короткие сроки.
  В 1911 году, после смерти Второва-старшего, во главе товарищества встали его сыновья Николай и Александр, приумножившие капиталы отца. Постепенно товарищество заняло одно из первых мест на всем мануфактурном рынке России. Главой семьи стал Николай Александрович Второв - крупный коммерсант, инициативный, смелый и решительный. Размах его деятельности был поистине грандиозен и охватывал не только мануфактурный рынок. Вместе с братьями Рябушинскими он учреждает банкирский дом. По его почину возводится грандиозный комплекс зданий на Варварской площади - «Деловой двор» со складами, офисами, магазинами. Он разгрузил центр Москвы - Ильинку и Варварку на Китай-городе.
  Позднее Второв приобрел московский промышленный банк - бывшую банкирскую контору «И.В. Юнкер и К». Создав свою самостоятельную финансовую базу, он развернул строительство военных заводов, во много раз умножив свои капиталы за счет сверхприбылей.

  Немалые средства вложил он и в тяжелую промышленность - в металлургию. Его детище - знаменитый завод «Электросталь» -Товарищество на паях, основанное в Богородском уезде в 1916 году вместе с А.И. Коноваловым и М.И. Терещенко. Там же он построил завод для снаряжения гранат и снарядов, поручив управление им своему сыну Борису. На юге России Второв возвел три цементных завода, совместно с Рябушинским заложил завод «АМО».
   После октября 1917 года Н.А. Второв, потомственный почетный гражданин Москвы, остался в России и, как говорят, выразил желание сотрудничать с советской властью, но в мае 1918 года при загадочных обстоятельствах был убит. Его похороны, с разрешения властей, были последним собранием буржуазии. Пришли и сотни рабочих. Они несли венок с надписью «Выдающемуся организатору русской промышленности».
  Комментарии: опубликованное выше описание жизни и деятельности основателя завода Н.А. Второва является сокращенным вариантом статьи, помещенной в двухтомнике «Золотая книга Московского предпринимательства», изданном в 1997 году к 850-летнему юбилею Москвы. Это издание хранится в фондах Центра информации завода. Архив Центра располагает также ксерокопией газеты «Утро России» от 22 мая 1918 года, которая содержит материалы, раскрывающие некоторые обстоятельства, связанные со смертью Н.А. Второва, и некролог. В некрологе, отмечающем исключительную роль Н.А. Второва в развитии российской промышленности, есть одна замечательная фраза, которая имеет прямое отношение к нашему современному предпринимательству, становление и развитие которого сопровождается зачастую сомнительными махинациями как средством накопления капитала. Привожу полностью это место из некролога: «Вся жизнь этого выдающегося организатора была только работа, творческая работа устроения жизни, где рубль является естественным результатом труда, а не только «игры ума».
  В похоронах Н.А. Второва принимала участие и делегация нашего предприятия, как следует из воспоминаний А.В. Жильцова, работавшего на заводе с 1917 по 1946 гг. и входившего в состав делегации (архив Центра информации»).

Забытые имена

В журнальных и газетных публикациях, посвященных нашему предприятию, обычно приводятся сведения о деятельности его руководителей, возглавлявших завод в различные периоды его истории. Но упоминаются, как правило, руководители завода военного и послевоенного времени: С.А. Невструев, А.Н. Каллистов, Ю.Н. Голованов, С.И. Золотуха, В.Ф. Коновалов, А.Г. Мешков, директоры последних лет. 
  И хотя, в публикуемых материалах речь идет, в частности, и о деятельности предприятия в 20-30 годы, нигде ни слова не сказано о людях, стоявших во главе предприятия в эти годы, годы пятилеток и индустриализации, омраченные необоснованными массовыми репрессиями. А ведь, на директорском посту с 1926 по 1941 годы сменилось 9 человек, и каждый из них внес свой вклад в развитие завода. К сожалению, стенды Центра информации и его архив содержат весьма скудную информацию об этих людях; список имен и фамилий, годы руководства, несколько фотографий. Отсутствие более подробных сведений о них объясняется, по-видимому, тем, что довоенный архив завода был уничтожен в октябре 1941 года, когда началась эвакуация предприятия. К тому же некоторые из директоров были арестованы и погибли в годы сталинских репрессий, а в то время не только сведения, но и память о людях усиленно вытравливалась системой. Сегодня, когда завод готовится отметить свое 90-летие, в память о заводских руководителях довоенных лет, вложивших частицу жизни в его становление и развитие, мы публикуем то немногое, что знаем о них.
  Информация о первом, «красном» директоре (1920-1925 гг.) более подробна и будет приведена в последующих публикациях в связи с 90-летием завода.

  Вот список директоров завода довоенного времени, сведения о периоде их руководства и фотографии некоторых из них:

• Титов Игнат Титович (1920 - 1925),
• Смекалов Василий Ефремович (1926-1928 гг.),
• Титов Александр Ефимович (1928-1931 гг.),
• Озол Карл Андреевич (1932-1935 гг.),
• Сырцов Сергей Иванович (1935-1937 гг.),
• Белов Иван Иванович (апрель-декабрь 1937 г.),
• Стрельцов Николай Никитович (декабрь 37- июнь 38 г.),
• Романов Андрей Евтихиевич (1938-1939 гг.),
• Сорокин Николай Петрович (1940 г.),
• Иванов Иван Иванович (декабрь 1940-октябрь 1941 гг.).

  К сожалению, мы не располагаем фотографиями Карла Андреевича Озола и Сергея Ивановича Сырцова. О них следует сказать особо. Они были репрессированы и погибли в сталинских лагерях. К.А. Озол (латышский стрелок в годы гражданской войны) был арестован в марте 1936 года, спустя несколько месяцев, после его перевода с нашего завода в качестве директора аналогичного завода № 11 в город Загорск. Газета «Вечерняя Москва» несколько лет назад под рубрикой  «Расстрельные списки» регулярно публиковала короткие сведения о репрессированных, почерпнутые из архивов НКВД. В одном из номеров газеты от 19 июля 2002 года есть сведения и о К.А. Озоле: «Озол Карл Андреевич, родился в 1886 году в Риге, член ВКП(б), образование высшее, директор завода № 11 в Загорске. Арестован 20.03.36 г., осужден 8.03.37 г., расстрелян 9.03.37 г., захоронен на Донском кладбище. Реабилитирован 20.02.62».
  А вот сведения о С.И. Сырцове, сменившем К.А. Озола на посту директора нашего завода. Эти скупые данные, приведены в одном их томов Малой советской энциклопедии, изданной в 1930 году, еще при жизни Сырцова: «Сырцов Сергей Иванович (род. 1893 г). Коммунист из семьи мелкого служащего, в 1912 году поступил в Петербургский политехникум. В партии с 1913 года. После Февральской революции работал пропагандистом в Петербурге, затем председателем Ростовского совета и Военно-революционного комитета. В 1918-19 гг. - на фронте. В 1920 году - председатель Одесского губкома. В 1921-23 гг. заведующий учетно-распеределительным отделом ЦК. С 1924 г. - заведующий отделом агитации и пропаганды ЦК. С 1926 г. - секретарь Сибкрайкома. С 1929 г. - председатель Совнаркома РСФСР. С 14 съезда - член ЦК ВКП (б). В апреле 1930 года стал во главе право-левацкого блока, выступившего против политики, проводимой ЦК партии. В конце 1930 года снят с поста председателя Совнаркома РСФСР».
  По-видимому, после снятия с высоких постов, он занимал менее значительные должности и в конце концов был назначен директором нашего завода, а затем разделил судьбу своего предшественника на этом посту.
  Волна необоснованных репрессий, прокатившаяся по стране в 30-годы, не обошла и коллектив нашего предприятия. Только за 1936-1938 гг. без суда и следствия подвергнуты репрессиям десятки работников предприятия. Кроме упомянутых Озола и Сырцова, были репрессированы главные инженеры: Шапошников, А.А. Целиков; начальники цехов: Б.Н. Цицинов, Р. Курочкин, Э.М.Пирновский, Синицкий, Лейзеровский, Вайтман, Васильев, Снегирев, Иванов, Мирошин, Лопатин (нач. ОТК), Резаев; коммерческие директора: Д.О. Лифшиц, Вайсберг, Эйдинов, Ю.И. Ольшевский, Хидарковский; начальники отделов: Хлиманов, Николин, Ларюшин, Руденко, Иванов, Богданов, Ф.И. Ольшевский, Петняк, Винтяков, В.Шурба, И.Шурба, Смолянский, Рейзин, Л.М.Гурвич. указанный выше список приведен в рукописи книги по истории заводской парторганизации, которую на основе архивных данных МК партии готовила бывшая заведующая парткомитетом М.С.Завадько, к сожалению, ушедшая из жизни так и не закончив книгу. Возможно, не все поименованные в этом списке погибли в заключении. По словам первого директора заводского музея Н.С. Козлова, в 60-е годы он встречался с приезжавшим на завод бывшим секретарем парткома Л.М. Гурвичем, освобожденным после 18 лет заключения из ссылки, полностью реабилитированным в 1955 году. К сожалению, о судьбе остальных репрессированных работниках завода ничего не известно.

Начало пути.

  Под этим общим заголовком в хронологической последовательности материалы, относящиеся к первому, довоенному периоду истории завода (1917 - 1945 гг.).
  Публикации являются сокращенным вариантом одной из глав 5 тома Истории машиностроительного завода (архив пресс-службы). Авторы тома Т.Я. Грохольцева, к.т.н., Н.С. Козлов, 1981 г.

Разбуженное Затишье

  Осенью 1916 года царское правительство готово было приступить к тайным переговорам о сепаратном мире между Германией и Россией. На измену союзникам царя толкало не только желание путем заключения мира избежать надвигавшейся революции, но и катастрофическое отсутствие необходимых технических средств для ведения войны. Солдаты шли в бой с палками вместо ружей. Артиллерийские снаряды доставлялись в Россию из Франции.
  Начальник штаба русской армии генерал Алексеев сообщал военному министру, что французы и англичане считают возможным вести наступление лишь при плотности артиллерии до 125-130 стволов на километр фронта и при обеспеченности до 4000 выстрелов на легкое и не менее 600 выстрелов на тяжелое орудие. Русские же, даже при знаменитом наступлении Юго-Западного фронта, руководимого генералом Брусиловым, имели лишь 15 орудий на километр фронта и обеспеченность всего до 200 выстрелов на легкое и до 50 выстрелов на тяжелое орудие. Артиллерийскими снарядами не обеспечивалась даже десятая часть безусловно необходимой потребности действующей армии.

  В то время казенные военные заводы работали далеко не на полную мощность. Историки до сих пор спорят, объясняется ли такое положение технической безграмотностью, крайней бюрократией и безответственностью Артиллерийского управления, возглавлявшегося великим князем Сергеем, крупными взятками европейских торговцев оружием или германским шпионажем, к которому, как известно, были причастны даже члены царской семьи.
  По тем же причинам царское правительство крайне неохотно шло на передачу военных заказов русским предпринимателям.
  Только угроза полной военной катастрофы и настойчивые требования союзников вынудили царя и его ближайшее окружение пойти на организацию частных военных заводов. Одним из первых получил такой заказ известный промышленник Н.А. Второв.
  Постановлением председателя Особого совещания по обороне государства от 23 апреля 1916 года Второву было отпущено из средств Главного артиллерийского управления 20 миллионов 900 тыс. рублей на строительство снаряжательного завода. Завод, в соответствии с заказом, должен был производить ежемесячно 600 тыс. штук трехдюймовых гранат и 112 тыс. штук снарядов средних калибров. Предполагалось, что завод начнет выпуск продукции в январе 1917 года.
  Для производства снарядов нужна была специальная сталь. Через месяц после решения о строительстве артиллерийского завода, тому же Второву поручается сооружение завода специальных сталей, для чего он создает на паях товарищество «Электросталь».
  Первоначально предполагалось, что для строительства обоих заводов потребуется участок земли размером в одну тысячу десятин. Заводы Второв решает строить рядом, его приказчики спешно ищут подходящий участок. Он должен удовлетворять следующим основным требованиям: быть на путях сообщения, вблизи от крупных промышленных центров, но в то же время на достаточном удалении от населенных мест (учитывалась взрывоопасность). Такой участок был приобретен приказчиками Второва в Шаловской волости Богородского уезда, Московской губернии, вблизи платформы «Затишье», и уже с апреля 1916 года на строительной площадке будущего снаряжательного завода работало около трехсот рабочих.
  С каждым днем строительство завода развертывалось все шире. В июле того же года, например, на стройке были заняты более шестисот человек. Рабочие подходили артелями: прибывали не только из Московской, но даже из Тверской, Смоленской, Калужской и многих других губерний. Под жилье строили землянки, шалаши, сводили леса, гатили болота, нанимались козопасами, каталями. Условия жизни и труда были очень тяжелыми.
  Все окрестные деревни оказались забитыми приезжими, рабочие снимали под жилье овины, сараи. Кирпич и раствор подавали вручную, землю вывозили на тачках. Рубить лес, корчевать пни, чистить кюветы приходилось, стоя по пояс в болоте. Работали по двенадцать часов в сутки и более. Возникали повальные заболевания гриппом, цынгой, а на стройке не было даже фельдшера.
  На полустанке, уже забитом до отказа вагонами с цементом, железом, камнем, соорудили тесовый вокзал и прибили вывеску «Затишье». Местность постепенно начала оживать.
  Оборудование на снаряжательный завод поступало из Франции. По тому времени это была новейшая техника. Второву везло: один из английских пароходов, доставлявших оборудование для строящегося завода спецсталей, был, правда, атакован германским миноносцем и электропечь оказалась на дне Северного моря, но все остальное оборудование, в том числе из Марселя, прибыло благополучно.
  В феврале 1917 года снаряжательный завод Второва выпустил первую партию французских гранат.

Первые шаги

  В соответствии с решением ВЦИК и Совнаркома о национализации промышленности снаряжательный завод Егорова в «Затишье» 24 августа 1918 года перешел в казну. Заводу было присвоено наименование - Богородский снаряжательный завод. Он подчинялся Чрезкомвзрыву, и Центральному правлению артиллерийских заводов (ЦПАЗ)и входил в Главное артиллерийское управление (ГАУ).
  Непосредственное руководство заводом осуществлялось в первое время коллективным правлением, с участием выборных членов от рабочих, затем - тройкой и лишь с 1920 года -единоличным управлением в лице директора предприятия.
  Ассортимент продукции завода уже в 1918-1919 гг. значительно расширился. Красная Армия получала 6,42 и 48-миллиметровые снаряды, бомбы, мины «Рыбка» для Морского ведомства, морские мины заграждения и гранаты.
  Завод работал в невыносимо трудных условиях: материально-техническое снабжение фактически отсутствовало, использовались в большинстве своем материалы, оставшиеся от Второва.
Однако запасов тротила и мелинита фактически не было; взрывчатку приходилось добывать любой ценой. На предприятии в основном работали только женщины и подростки. Электроэнергией завод снабжался с большими перебоями, а топливо вообще не поступало, попытки использовать свои лесосеки тормозились отсутствием рабочих.
  Крайне тяжелое положение с продовольствием приводило к тому, что разбегались последние рабочие. Так, к 1920 году на предприятии оставалось лишь шесть инженерно-технических работников.
  В 1921 году положение ухудшилось. Постигший страну голод привел к тому, что предприятие в плановом порядке почти не получало продовольствия. Завод вынужден был давать всему коллективу так называемые полевые отпуска, например, в апреле-мае гуляло 90, 60 % наличного состава рабочих. В августе пришлось остановить завод на месяц. Вокруг завода полыхали лесные пожары, вызванные свирепой засухой.
  Недостаточность питания вызывала массовые заболевания. Правда, в Затишье в 1918 году появился первый врач.
  Им был Николай Сергеевич Загонов, которому в 1961 году, по ходатайству тысяч электростальцев, правительство присвоило звание заслуженного врача РСФСР.  Он с горечью вспоминает об условиях, в которых тогда жили рабочие: «Оставшиеся в наследство от Второва длинные бараки, втиснутые в котлованы, были окружены грязью и окутаны гнилостными болотными испарениями весной, летом и осенью, а зимой заметались снегом. Жуткое впечатление создавалось от этого жилья вечером. Барак тускло освещался керосиновой лампой, в середине стояла печка, обвешенная мокрой одеждой, а с обеих сторон нар торчали ноги отдыхающих рабочих».
  Девяносто процентов работающих на заводе являлись в ту пору крестьянами ближних сел. Их называли «ближняками». Они шли на завод лишь в силу необходимости, чтобы избавиться от всевозможных мобилизаций. «Укомплектовать завод, - читаем в отчете дирекции за 1921 год, - более сознательным, чисто пролетарским элементом при тогдашних тяжелых продовольственных условиях и остроте жилищного вопроса, не представляется возможным».

В годы НЭПа

  Период с 1920 по 1921 годы был самым тяжелым в истории предприятия. Однако введенная по инициативе В.И.Ленина новая экономическая политика (НЭП) уже начинала благотворно сказываться на жизни завода. С ноября 1921 года завод был переведен на государственное снабжение. Значительно улучшилось положение с продовольствием. До этого работающие получали, и то с перебоями, лишь по одному фунту (400 г) хлеба в день, на вредных работах вместо молока выдавали иногда по 11,5 золотника растительного масла (1 золотник - 4,265754 грамма). Теперь на каждого работающего в среднем выделялось на месяц: 60 фунтов муки, 15 фунтов мяса или сельдей, до одного фунта жиров, до одного фунта сахара, четыре фунта соли, пятьдесят штук папирос, три коробки спичек. Сахар и соль измерялись до золотников; так, в феврале 1922 года выдавалось на каждого работающего по одному фунту и пятьдесят девять золотников сахара.

  Достраивались начатые еще при Второве жилые дома, велся ремонт промышленных зданий.
  Улучшения с продовольствием и жильем привели к притоку рабочей силы. Уже в 1922 году завод мог не только обеспечить выполнение производственной программы, но своими силами вести заготовительные работы на собственной лесосеке, так как топливо, даже и выделенное по нарядам, Москвотоп не присылал.
  В ноябре 1921 года был переизбран завком; в новый состав вошли коммунисты, передовые рабочие. 
  Некоторые «гримасы НЭПа», как в ту пору говорили, обнаружились лишь со сдачей с торгов подрядов на ведение строительных работ, необходимых предприятию. Достройка прачечной, бани и работы по вырубке кустарника и леса полосой в тридцать сажен вокруг завода были сданы с торгов частнику Ганушевичу, который, получив аванс, дело вел до того медленно, что договор с ним пришлось аннулировать и работы вновь поставить на торги. Теперь право производить их получил частник Зельман, причем договор с ним был утвержден во всех инстанциях, вплоть до ВСНХ. Новый подрядчик получил новый аванс и также к работе почти не приступал. Так тянулось до тех пор, пока строительством не занялись государственные организации и сам завод непосредственно.
  В эти годы (НЭП, восстановительный период) завод состоял из шестнадцати основных производственных корпусов каменной гладки. Для того времени корпуса были хорошо оборудованы для одновременного снаряжения 25000 трехдюймовых гранат и 4000 снарядов среднего калибра в сутки.
  Всего же завод располагал в 1926 году 72 зданиями производственного назначения, 56 жилыми строениями и службами.
  Завод обслуживался своим конным транспортом в составе 15 лошадей; грузы из Москвы доставлялись также лошадьми, на что требовалось 3-4 суток; имелось 15 км узкоколейного пути и 3 км широкой колеи.
  В период 1923-1924 годов строилось, а в 1925 году было пущено новое, так называемое "противогазовое" производство и почти закончено строительство нового завода для активации угля. Его составляли: две ретортные печи, железобетонное здание под печами, железобетонное здание "Бункер", кирпичное здание "Тушильня", две котельных и две дымовые трубы.
  «Этот завод имел громадное значение для обороны страны, потому что являлся единственным заводом, продукция «активированный уголь» коего не только может пойти на военные надобности, но также возможно снабжение и мирного производства, как-то сахарного или по выделке спирта… Этот завод сконструирован по последней технике» (из отчета предприятия за 1924/25 операционный год).
  Завод имел громадное значение для обороны страны, потому что являлся единственным заводом, продукция "активированный уголь" коего не только может пойти на военные надобности, но также возможно снабжение и мирного производства, как-то сахарного и по выделке спирта... Мощность предприятия составляла до 12 тысяч противогазов и 60 тонн активированного угля в месяц.
  Богородский снаряжательный завод со своим новым производством ежегодно выполнял установленные ему производственные задания в пределах 105-112 %, несмотря на крайнюю путаницу в нарядах, ежемесячные изменения программы, выдачу срочных внеплановых работ и т.д. Был организован выпуск аэробомб (двух, тридцати двух и восьмидесяти двух кг).
  Однако производственные мощности предприятия в 1922 году использовались лишь на 1/30-1/40 часть, в 1923 и 1924 годах - на 1/10, а в 1925 и 1926 годах - на 1/4 часть.
  Быт все еще был нелегким.
  В восстановительный период численность работающих на заводе держалась стабильно на уровне одной тысячи человек.
  Предприятия обслуживалось одним врачом-терапевтом, одним зубным врачом, одной акушеркой и тремя фельдшерами. На этот медперсонал в год приходилось более 16000 амбулаторных и 420 стационарных больных. Имелась больница на двадцать коек и инфекционный барак на двенадцать мест.
Клубом и единственным местом отдыха и развлечения служило одноэтажное каменное здание, в котором в последующие годы располагался склад № 1.
  На предприятии имелась всего одна школа-четырехлетка.
  Все еще очень тяжело было с жильем. Все, кто имел комнаты и квартиры, уплотнялись и переуплотнялись по несколько раз в год, часть работающих продолжала жить по деревням, в г. Богородске; завод вынужден был оплачивать проезд рабочих к месту работы и обратно. Уже начальные годы Советской власти были не только периодом накопления материальных сил, но и годами упорной воспитательной работы, которая прививала всем чувства гордости за свою родину, ответственности и высокого патриотизма. Долгие годы старые работники завода помнили Федора Арсентьевича Чемоданова - "дядю Федю", знаменитейшего жестянщика, который в те годы своими руками оборудовал чуть ли не всю вентиляцию на заводе. Его мастерство и трудолюбие не раз выручали производство в трудные моменты.
  Патриотами своего родного завода были все – рабочие, инженерно-технические работники, служащие.
  - В период с 1922 по 1927 годы,- вспоминал бывший главный бухгалтер Н.И.Титов, - сотрудники главной бухгалтерии во время составления годового отчета не раз работали непрерывно по 2-3 суток. За досрочную сдачу годового отчета давалось кое-какое поощрение: со склада разрешалось выписать для сотрудников капусту, конопляное масло и дополнительно по 100 граммов хлеба на человека в день. 

На старте первой пятилетки

  Восстановительный период заканчивался для завода весьма успешно. Были произведены достройка, а в нужных случаях ремонт производственных корпусов, ремонт и частичное обновление оборудования. Отработана новая организационная схема управления производством, набраны и обучены кадры.
Введено в строй новое, на ту пору единственное в Союзе производство по изготовлению противогазов и активированного угля. Рабочие и инженерно-технические работники, партийная и профсоюзная организации накопили большой опыт.

  Бывший начальник учебного комбината и отдела по подготовке кадров М. В. Гельман вспоминал:
  - Еще в 1927-1928 годах на заводе было много неграмотных и малограмотных. Под руководством комсомольской, профсоюзной партийной организаций, когда секретарями партячейки были товарищи Зубов, Рыжов, Бегешев, Годишин и другие, развернулась героическая работа по повышению грамотности и культурного уровня всех работающих.
  Борьбу за ликвидацию неграмотности и малограмотности организовал завком и в несколько лет покончил с этим позорным явлением. Клубом и единственным местом отдыха и развлечения служило одноэтажное здание, в котором в последующие годы располагался склад № 1, а позднее отдел главного прибориста.
  В клубе силами самодеятельности ежедневно давались спектакли, читались лекции и устраивались так называемые «суды», судили религию, бога, империалистов и т.д.
  Администрацией и партячейкой была организована школа ФЗУ, профтехкурсы мастеров, вечерний техникум, филиал Московского института по подготовке, переподготовке ИТР и другие формы обучения. За несколько лет завод был превращен в подлинную кузницу кадров не только для своих нужд, но и для нужд других оборонных заводов.
  Первую пятилетку Богородский снаряжательный завод встречал в полной готовности, чтобы внести достойный вклад в дело дальнейшего укрепления обороны страны.

  В трудные годы гражданской войны и в период восстановления много сил на строительство, организацию и подъем производства положили И.Т.Титов – управляющий заводом, Б.К.Шишковский – главный инженер, главный бухгалтер Н.И.Титов, Н.Т.Зверев – один из первых специалистов по боеприпасам, единственный на два завода врач – Н.С.Загонов, Ф.А.Чемоданов – рабочий – жестянщик и многие другие.
  В 1928 году, в связи с «шахтинским» делом, комиссии РКИ обследовали промышленные предприятия. Сохранился протокол от 21 июня 1928 года, в котором зафиксированы выводы комиссии по Богородскому заводу № 12 (такое название было присвоено предприятию с 1928 года)  и ход обсуждения этих выводов.

  Из протокола следует, что, несмотря на серьезнейшие трудности в материально-техническом снабжении и планировании со стороны вышестоящих организаций, завод успешно справлялся с поставленными перед ним задачами, как по старому, так и по новому производству. Следует сказать, что в проверке завода принимал активное участие член УКК РКИ И.Ф. Тевосян, будущий министр черной металлургии и зам. председателя Совета Министров СССР.

  Численность работающих на предприятии к 1930 году составляла около 2100 человек. В том числе 112 инженерно-технических работников. Среди ИТР было 30 человек с высшим образованием, 5 – с незаконченным высшим образованием, 36 человек имели среднетехническое образование и 41 человек были практиками. Иными словами, в 1930 году на предприятии работало всего 66 человек с высшим и среднетехническим образованием, поэтому такое огромное значение имели организованные на заводе подготовка и переподготовка кадров.

Техническая революция

  Все шире развертывалось на предприятии социалистическое соревнование. К 1931 году из 2100 работающих социалистическим соревнованием было охвачено 1820 человек. Однако в эти же годы завод переживал и большие трудности. Полукрестьянский состав значительной части рабочих, систематическое изменение ТУ со стороны Артиллерийского управления и Вохимтреста, крайний недостаток инженерно-технических кадров, резкое увеличение промфинплана, не подкрепленное материально-техническим снабжением - эти и некоторые другие причины в известной мере тормозили развитие производства.
  Годы первых довоенных пятилеток были периодом мощного роста и переоснащения производства. Здесь не должно быть забыто имя крупнейшего рационализато¬ра и изобретателя завода - инженера Николая Титовича Зверева.  

 

Зверев Николай Титович, ведущий инженер завода в области технологии снаряжения боеприпасов на заводе с 1920 по 1939 гг. Крупный изобретатель, автор т. н. шнекового снаряжения, увеличившего производительность труда более чем в 100 раз.

  Разработанный им способ шнековки, позволивший перейти от заливки артснарядов к их механическому снаряжению на гидравлических шнек-аппаратах, совершил своего рода революцию на снаряжательных заводах.
  Интересно вспоминает об этом рабочий, а позже мастер опытной мастерской, ветеран труда П.В.Сурнов:
  - Эта работа проводилась в 1931 – 1933 годах в деревянных неприспособленных помещениях. Там были установлены два гидравлических вертикальных шнека для снаряжения артснарядов, один – тормозной вертикальный и один – гидравлический шнек горизонтальный, для снаряжения авиабомб. Работу возглавлял знаменитый боеприпасник Николай Титович Зверев. Для кладки шнек-аппаратов Н.Т.Звереву присылали лучших слесарей. Никто так хорошо не спралялся с этой работой, как невзрачный на вид парнишка Севка Ольшевский, как его тогда называли. Н.Т.Зверев никого не хотел так для этой работы, кроме Всеволода Ольшевского и дал ему прозвище «Доктор». В.Ю.Ольшевский – орденоносец, лауреат Государственных премий.
  Большой вклад в механическое снаряжение снарядов вложили Л.М.Сидякин, В.И.Шилин, Л.Пачковская (Жулябина), Н.Бережкова, С.Лемехов и другие.
  Такая же революция произошла и в снаряжении авиабомб. Прежде снаряжение велось шимозированным (способ получения мелкокристаллического тротила при определенных условиях перемешивания) тротилом путем заливки через питательную воронку. Заливка 50 - килограммовых бомб велась 5-6часов, 100-килограммовых - 12-15часов, 250 - килограммовых - почти сутки, а 500-килограммовых - более пяти суток. Теперь же снаряжение полутонной бомбы велось всего 40-45 минут; опытные авиабомбы в одну тонну, которые ранее стояли на заливке по две недели каждая, теперь снаряжались за один час.

  В последующие годы все заводы страны по производству боеприпасов перешли на работу по новой технологической схеме.
  Изобретатели и рационализаторы были отмечены значительными премиями по наркомату. Завод все успешнее справлялся с программой, ежегодный прирост которой доходил до 50 %.

На пороге войны

  Давно прошли те времена, когда производственные мощности предприятия использовались не полностью. Теперь завод работал в три смены, и, хотя его мощности ежегодно росли, только большим напряжением и умственных, и физических сил коллектив справлялся с ответственными заданиями по обороне Родины.
  На заводе гремели ударные бригады. Передовиками ударных бригад были рабочие завода П.В.Шамарин, П.И.Савин. К.Н.Бирюков, В.М.Кирьянов, Д.Н.Новичков, В.К.Богачев и многие другие.
  На первом Всесоюзном совещании стахановцев в ноябре 1935 года наше предприятие представляла Раиса Ивановна Колесина, работавшая на зачистке снарядов.
  Нарком тяжелой промышленности С.Орджоникидзе в числе лучших стахановцев принимал и рабочих нашего завода Р.И.Колесину, Е.И.Михайлову, В.А.Тимакова (в последующие годы стал председа¬телем заводского комитета профсоюза).
  Примером того, как росли люди на заводе, можно привести страничку из биографии Клавдии Павловны Кораблевой. Б 1931 году она пришла в цех рядовой работницей. В 1932-1933гг. работала бригадиром. В 1934 году, окончив курсы "За овладение техникой", стала работать мастером. Ее смена постоянно показы¬вала образцы трудового энтузиазма, неоднократно завоевывала первое место на предприятии.
  За особо успешное выполнение плана 1936 года был премирован ряд работников, в том числе бывший тогда главным инженером А.Ф.Шапошников - легковой автомашиной M-I. Это была первая легковая автомашина, на заводе и в городе. Постоянно сбегалось столько охотников посмотреть машину, пощупать ее, попроситься проехать хоть несколько метров, что А.Ф.Шапошников, не выдержав, отдал машину в заводской гараж.
  В 1937 году из состава завода № 12 Наркомата оборонной про¬мышленности (такое наименование было присвоено предприятию в 1937 году) были выделены как самостоятельные производства цеха химической защиты (позже предприятие п/я № 101 Министерства химической промышленности) и Институт п/я № 11 (того же министерства).
  При передаче, помимо зданий и оборудования, были выделены снаряжательный цех по индивидуальным средствам защиты, снаряжательный цех коллективных средств защиты, цех изготовления химпоглотителя, цех изготовления активированного угля и цех изготовления гопкалита; одновременно были переданы вспомогательные службы и жилой фонд.Позже предприятия п/я № 101 и п/я №11 выросли в предприя¬тия союзного значения и успешно справлялись с поставленными перед ними задачами.
  В 1939 году первая группа работников завода в количестве семи человек была удостоена высших правительственных наград за образцовое выполнение задания по выпуску новых видов боеприпасов.
  Первыми орденоносцами были: К.Я.Паршиков - рабочий-транспортник, награжденный орденом Красного Знамени; Е.К.Роговой - механик цеха, отмеченный орденом Красной Звезды; П.П.Сорокин -главный инженер завода, получивший орден «Знак Почета». Первыми медалями "За трудовую доблесть" на нашем заводе были награждены: М.Н.Мухина - станочница, И.Е.Давыдов - начальник ОКСа, И.В.Филатов - мастер, В.С.Сальников - электромонтер.
  Приближались годы тяжких испытаний и годы великой трудовой славы всего коллектива завода - годы Великой Отечественной войны.

Октябрь 1956 года.

  Положение с жильем на Машиностроительном заводе тяжелое. Нужда в нем огромная. Большинство работников живет в бараках, приспособленных помещениях, в многосемейных квартирах, в частном секторе. На одного рабочего приходилось от 0 до 2 кв. метров жилплощади. Ежегодный ввод жилья составлял 6 тыс. кв. метров. Перспективы на улучшение жилищных условий у многих плохие.
  В цехах были созданы инициативные группы из лиц, стоявших в очереди на получение жилья. Так, впервые группа работников цеха № 14 в количестве 16 человек, которую возглавил мастер цеха В.Ф. Горшков, обратилась к директору завода А.Н. Каллистову с просьбой  разрешить им самим построить небольшой дом для работников цеха при минимальной помощи УКСа инструкторами, отдельными материалами и механизмами. А уже в ноябре 1956 года, с одобрения секретаря парткома В.Ф. Пищулина и председателя завкома А.М. Сальниковой, директор дал «добро» на такое строительство, которое  с этого момента получило название инициативного. При активной поддержке руководства завода и УКСа – А.Н. Каллистова, С.И. Золотухи, В.Г. Титова, В.С. Толобова, И.З. Кагана, А.И. Штеренберга – быстро решились вопросы финансирования стройки, ее организации, руководства и обеспечения.
  С поддержкой такого строительства выступили и городские организации. Так, главный архитектор города П.И. Лопушанский помог группе быстро подобрать подходящую площадку для дома и оформить разрешение в исполкоме.
  В феврале 1957 года, группа, состоявшая к этому времени уже из 44 человек, приступила к строительству 30-квартирного дома (теперь этот дом № 5 по Спортивной улице), в котором большинство инициативников получило отдельные квартиры, что по тем временам было явлением не рядовым.
  Техническим руководителем стройки был назначен прораб первого стройучастка УКСа А.Д. Гвимрадзе.
  Организация группы, ее цели и действия нашли горячее одобрение многих работников завода. Инициатива, подхваченная цехами, в которых стали создаваться подобные группы, была активно поддержана дирекцией, партийным и профсоюзным комитетами завода.
  В начале 1957 года такие группы были созданы в цехах №№ 1, 2, 4, 51, 54, 57, 71, 77, СУ-1. Эти группы самостоятельно, под руководством опытных мастеров стали строить 2 и 3-этажные дома. Возглавили эти группы решительные, инициативные, полностью поверившие в это дело работники завода: М.И. Карпов, В.Т. Трепалин, П.А. Макаров, А.И. Трухачев, В.А. Сумцов, И.Д. Кленин, И.Г. Чучукалов. Большую помощь им оказывали начальники указанных цехов. Стройка производилась в нерабочее время и в выходные.
  В феврале 1957 года руководством завода принимается решение о строительстве еще восьми инициативных домов.
  Работа на стройке началась под лозунгом: «Дать заводу к концу 1958 года вне плана из внефондовых материалов девять домов с жилой площадью 5000 кв. м».
  Кто же строил дома? Где брались материалы на них? Ответы на эти вопросы хорошо просматривались на строительстве первого дома.
  На первом же общем собрании группы было принято решение: каждый день отдавать стройке не менее четырех часов полноценной работы! (Имелось в виду - до и после основной работы в цехе.) А это значило, что на стройке ежедневно – почти без выходных – полный рабочий день трудились 22 человека, сильно заинтересованных в сроках и качестве строительства.
  УКС выделил инструкторов: каменщика К.И. Зайцева, штукатура И.Я. Филатова, плотника И.Н. Соловьева.
  Учитывая, что в группе были рабочие многих специальностей, уже через месяц после начала работ группа превратилась в полноценную комплексную бригаду, умевшую делать практически все: от кладки до монтажных и отделочных работ.
  31 августа 1958 года был заселен первый дом из девяти, площадью 1100 кв. метров (дом № 5 по ул. Спортивной).
  На его главном фасаде по решению горкома партии и горисполкома была укреплена памятная мраморная доска с текстом: «Этот дом первым в городе был заложен и построен рабочими, жильцами этого дома, методом народной стройки в феврале 1957 – августе 1958 года». А уже в сентябре и октябре того же года были заселены дома по ул. Корнеева,  в ноябре - три дома по ул. Загонова, а в декабре три дома  по улицам и Лесной.
  В итоге первые инициативники выполнили свое обещание, и к концу 1958 года в построенные ими вне плана дома общей площадью 5 тыс. кв. метров въехали в отдельные квартиры 175 семей. За счет переселения улучшили свои жилищные условия еще 125 семей работников Машиностроительного завода.
За четыре года - с 1957-го по 1960-й - методом народной стройки было сдано в эксплуатацию 21427 кв. метров жилой площади. Тем самым была удовлетворена жилищная нужда около 500 семей.